Военную присягу Иван Иванцов принял в августе 1941 года 18-летним парнишкой после окончания курсов механиков-водителей. Именно тогда он почувствовал себя настоящим солдатом.7-я гвардейская танковая бригада… На долгих пять лет стала она семьёй и домом молодого солдата. Клокочущий водоворот войны вынес его на один из самых жестоких и кровавых участков – Ленинградский фронт. Здесь он принял своё первое боевое крещение.Трагедию и подвиг Ленинграда страшно вспоминать даже сейчас, по прошествии стольких лет. Ленинград стоял неприступной твердыней. По нескольку раз в день отражали танкисты атаки врага. Порой температура в танке достигала 60 градусов, а болотистая местность с оврагами и надолбами требовала от механика-водителя предельного напряжения. Здесь, под Ленинградом танк Иванцова попал под обстрел: немецкий фауст-патрон разбил левый борт машины. Израненные, полуслепые танкисты пытались покинуть её. Но от второго снаряда танк загорелся и вспыхнул, как спичка. Удушливый дым заполнил нутро, машина потеряла маневренность. Фашисты тут же стали окружать его. Они шли хладнокровно, уверенно, нагло, рассчитывая взять экипаж живым. Он смотрел на приближающихся фрицев сквозь разбитые триплексы, а в голове тревожным набатом билась одна-единственная мысль: «Неужели, всё? Неужели, плен?» В следующую секунду на глазах изумлённых гитлеровцев 35-тонная стальная махина огромным пылающим факелом рванулась сквозь надвигающуюся живую цепь врага к своим позициям.За этот бой старший сержант Иванцов был награждён орденом Красной Звезды. А фронтовые дороги вели танкиста Иванцова дальше, на запад. Враг ещё был силён. Но уже не было у него главного-уверенности в своей победе. И гул надвигающихся советских орудий отдавался для него страшным эхом. После освобождения Новгорода танковый батальон Ивана Иванцова перебросили в Нижний Тагил. Здесь, в глубоком тылу, ковалась победа над врагом. На танковом заводе прямо с конвейерной линии бойцы получали новенькие, пахнущие свежей краской «тридцатьчетверки», грузили их на платформы, и воинские эшелоны мчали их сквозь ночь и туман в самое логово врага – на Берлин. И вот солдатские дороги привели его в Германию. Здесь, на чужбине, в жарких боях танкист Иванцов ещё дважды горел в танке.Весна 1945 года. Штурм Берлина. В этом штурме принимали участие три советских фронта, свыше двух миллионов человек, шесть тысяч танков. И в числе этих танков была прославленная «тридцатьчетверка» гвардии старшего сержанта Ивана Иванцова. Он ворвался на ней в Берлин и промчался по его улицам и площадям освободителем и героем - скромный русский солдат из далёкой Башкирии. За берлинскую операцию на его груди засияли два ордена Отечественной войны 1 и 11 степени. После войны, в 1946 году он вернулся в родные края, женился на простой девушке, тоже фронтовичке, красавице Зоечке. В 1976 году совет ветеранов Ленинградского фронта пригласил супруг Иванцовых на встречу ветеранов 58 армии. Они съездили в Новгород, прошли по местам былых боёв, возложили венки на могилы погибших здесь боевых друзей. А в 1978 году такая же встреча однополчан состоялась в Ленинграде.…Я люблю бывать в их скромной уютной квартире. Они всегда рады гостям. Иван Фёдорович открывает фронтовой альбом, достаёт боевые награды, и память тревожной птицей вновь возвращает его в далёкую боевую юность. ТАТЬЯНА МАСЯГУТОВА, член писательской организации г. Кумертау