ИСТОРИЯ: Здравствуй! Прошло уже 75 лет, а память о тебе живет в нашей семье. Мильман Натан Моисеевич, д.р.1907 г. – военный корреспондент, капитане Красной армии. Для меня, твоего правнука, ты неизвестен, потому что я тебя никогда не видел, не разговаривал, не гулял с тобой по улице и не слышал твоих рассказов. Но память о тебе храниться в старых фотографиях, в письмах. Эти письма – желтые, обтрепанные листочки в клеточку или в линеечку, в конверте с маленьким государственным гербом и надписью: « Проверено военной цензурой 386». Все письма под номерами - №1, 2 и так далее. Всего 15. Все адресованы жене – Анне Ивановне (урожденной Тарасовой) д.р.1909г. Первые твои письма начали поступать в июле 1941г. В них постоянные вопросы о семье, о здоровье, о детях. «…Как ты живешь? Хорошо, что ты работаешь. Береги ребят. Как Эдичка (сын - 8 лет)? Воспитывай его, найди время каждый день читать ему стихи, рассказывать сказки. Купи “Курочке-Идочке” (дочь – 3 года) куклу с закрытыми глазами. Обходись с ребятами спокойно, не нервничай. Береги себя…» (29 августа 1941). «…Как Эдичка, ходит ли он в садик? А как моя Курочка? Неужели она сидит одна дома? Почему ты мало пишешь о них? Целуй их за меня много и крепко.» (19 сентября 1941). Каждое письмо начинается нежными словами к своей жене. Наверное только так мог писать профессиональный военный, корреспондент газеты «За честь Родины» 24-й армии в те трудные дни войны, когда войска отбивались от фашистов. Все фотокопии газетных статей, написанных тобою, бережно хранятся в семейном архиве. Названия простые - «Зенитчики», «Отвага», «Красноармейский штык», «Девятый рейс», «Подробности взятия Ельни»,… В статьях просто и буднично описываются подвиги солдат, совершаемые ежедневно. В своих письмах ты пишешь: «…Все время на передовых позициях. Уже обстрелян. В редакцию приезжаю на день два, сдаю материал, получаю задание и опять на фронт. Наши дерутся замечательно. Уже знают, что сибиряки беспощадно громят фашистскую свору. Почти через день у меня корреспонденция в газете. Из «Комсомольской правды» запрашивают дать им статьи…» (18 августа 1941). «…Сегодня должен выехать на передовую, но отъезд отложили. Еду завтра. Значит сегодня буду в помещении, высплюсь, кое-что запишу в дневник.» (19 сентября 1941). «… Живем в «куриной» избенке. Приехал с передовой и попал в «рай». В честь моего приезда устроили мировой ужин, пили горячее молоко. Ребята хорошие, заботливые, живем дружно. Рано утром успел написать зарисовку об одном товарище из Воронежа. Думаю отправить статью в Воронеж, напечатают в местной газете или передадут по радио» (25 сентября 1941). Наступила осень 1941г. «…Дорогая! Пишу пятнадцатое письмо. Жив и здоров. Настали осенние дни. Работы много… Вчера вечером долго смотрел на фотокарточки. Помнишь, когда мы были в парке, за трамвайной линией. Идочку еще искусали комары. А Эдик стоял на перекладине. Напиши подробно о себе, о детях. Я хочу, чтобы ты уделяла им много внимания. Эдик большой, именно в том возрасте вырабатывается характер. Главное не нервничай и обо мне не беспокойся… Поцелуй от меня детей. Обнимаю тебя, крепко, крепко. Целую, как ты любишь. До свидания. Твой Натан» (28 сентября 1941). Последнее письмо… А через месяц 24-я армия была окружена под Вязьмой. Солдаты дрались до последнего патрона, до последней капли крови. Многие погибли. Многие пропали без вести. Пропал без вести и ты… P.S. Из записок моей двоюродной бабушки – твоей дочери – Волоцковой Ираиды Натановны (написано в 2015г.): «…Я не помню папу, не помню лица, голоса, но помню большие его руки, которые подбрасывали меня вверх, заставляя замирать сердцу и радоваться высоте… Почему я помню только это? Больше ничего, все остальное со слов и из писем…» Твой правнук Байдин Максим.