Моя мама, Гусева Тамара Михайловна, была призвана в армию в 1943 году в возрасте 17 лет. Окончила курсы шоферов 2-го учебного автополка в Вязниках и по завершении курсов была зачислена в 50 Отдельный батальон химической защиты, во 2 роту, шофером-химиком. Согласно записи в красноармейской книжке, случилось это 10 января 1944 года. Мама рассказывала, что когда она прибыла в часть, на нее посмотрели довольно скептически. Еще бы - девочка 18 лет, рост 150 см, вес 45 кг., будет водителем. Тем не менее, ей выделили машину, полуторку. И собрались посмотреть, как она будет справляться... В таких машинах вовсе не было стартера, и заводиться надо было «кривым стартером», то есть, крутя ручку. Ну, говорят, посмотрим, как новый супер-шофёр заведет машину... А у мамы как раз это и в автошколе плохо получалось. Но тут она засунула в машину ручку, разок крутанула и машина сразу завелась! Ну, сказали, толк из тебя будет... Отдельный батальон химической защиты следовал за войсками, в бой его не бросали. Командование опасалось, что немцы применят химическое оружие и берегло химиков. Так что вначале мама возила картошку по тылам. Летом 1944 года советские войска вступили в Польшу, а с ними и наш батальон. Здесь ей уже пришлось воевать. Однажды машину, которую она вела, атаковал немецкий летчик. Он совершал несколько заходов, расстреливая машину из пулемета. А мама рвалась к лесу, рассчитывая укрыться там, и все-таки доехала! А летчика того сбили наши… Там же, в Польше, наш батальон со штабом отстали от основных войск и попали в окружение. Пришлось прорываться. Мамину машину подбили фаустпатроном, и она сгорела. Тут маме пришлось и пострелять. На мои вопросы, попадала ли она во врагов, она всегда отвечала, что все стреляли, люди падали, а кто в кого попал, понять было невозможно. После того боя батальон наградили орденом Красной Звезды. 2 мая мамина часть вступила в Берлин. Было уже недалеко до Победы, но вскоре поступил приказ – выдвигаться в Прагу. Дело в том, что в Праге против немцев восстало местное население, и наше командование послало войска на помощь. Попал в эту группу и 50 ОБХЗ. Часть бойцов, в том числе и мама, ехали на танках вместе с танковой армией генерала Рыбалко. Когда 8 мая они прибыли в Прагу, там уже все было кончено. Местные жители с ликованием встретили советские войска. В ночь на 9 мая 1945 года мама была дневальной – стояла в машине, где было установлено батальонное знамя, и охраняла его. Вдруг явился старшина Ведерников и сказал: «Гусева, сменяйся, война кончилась!» В этот день она впервые выпила фронтовые 100 граммов (до сих пор причитавшуюся ей водку она исправно отдавала однополчанам). А уже 10 мая красноармеец Гусева была откомандирована в прачечную на стирку белья. Впрочем, поработать ей в тот день не пришлось – пришли местные чешки, усадили ее пить чай и всё сделали сами. Вскоре батальон мамы вернулся в Берлин, а в июне 1945 года вышел приказ о демобилизации женщин. Так для мамы закончилась война.