Десятова Надежда Ильинична
Жила в селе Травное тихо и незаметно с первых послевоенных лет Надежда Ильинична Десятова. И мало кто знал из сельчан, что женщина является участником войны. А она по своей природной скромности не афишировала это событие. Мало того, никогда не обращалась в райвоенкомат с просьбой восстановить ей статус ветерана. А почему? – спросите вы. Да как-то вот повелось, что служившие на дальневосточных рубежах ветераны почти всегда были во вторых порядках, не претендуя на первый.… Тихо тикают в небольшой кухоньке ходики на столе. Кот – мурлыка греет свои бока на, с утра протопленной, печке. Неспешно веду разговор с героиней моего рассказа, необыкновенно светлой, с лучистыми глазами и морщинками, избороздившими ее лицо.- Солдатками не рождаются, - говорит мне Н.И. Десятова, - ими становятся. И неважно: было это в военное или в мирное время. Я по своей природе солдат – романтик, путешественник. Может быть, внутреннее влечение к неопознанному, и привело меня в армию.А история службы Нади Трутько имела под собой определенную почву. – Отец мой в поисках лучшей доли изъездил весь бывший Советский Союз. Мало того, всю семью с собой таскал по городам да весям. А она была не маленькой, четверо детей росло. Я родилась в Благовещенске Хабаровского края в 1923 году. Семья жила тогда в одной из деревень. Мама с папенькой на разных работах трудились, но в колхоз никогда не вступали. Затем были не менее экзотические края, где мы проживали впоследствии. Последним пунктом остановки стал г. Сталинабад в Таджикистане. Там тятенька забелел лихорадкой и вскорости умер. Семья осиротела без кормильца. Я – самая старшая из сестер – по окончании семилетки, чтобы помочь маме поднять на ноги детей, поступила ученицей токаря на авторемонтный завод. Коллектив цеха меня рекомендовал в ремесленное училище в аккурат к 1941 году. Учиться в военное лихолетье было тяжело, но государство помогало: бесплатно выдавали форменную одежду и кормили бесплатно один раз в день в столовой. Нас готовили серьезно и основательно для работы на военных заводах. Несмотря на тяжелое время, мы оставались светлыми, окрыленными, с мечтой в хорошее будущее, подростками. В 1943 году состоялся первый выпуск ремесленников и Надю Трутько направляют на Новосибирский алюминиевый завод.- Монтажник – высотник – профессия нужная, - рассказывает мне Надежда Ильинична. – Она прежде всего связана с высотой, отсутствием страха ее не бояться. А я и была бедовой девчонкой. Видать, по отцовской линии передалось. Любила, когда трудно, когда осваиваешь что-то тебе неизведанное. После стажировки на алюминиевом заводе – Красноярск. Вот там нам, выпускникам ремесленного, действительно пришлось несладко из-за голода. Хлебные карточки 43-го года не забыть никогда. Баланда вместо густой похлебки. Но шла война. Самый тяжелый ее год. Одна из девочек предложила как-то в общежитии: «А давайте напишем в военкомат заявление, пусть добровольцами на фронт отправят!». Чем был вызван этот порыв – сейчас уже трудно вспомнить. Может, из-за того, что мальчишки говорили, что кормили лучше на фронте, может по иной какой причине. Но ее мысль с энтузиазмом подхватили остальные девочки по комнате. Наутро стопка заявлений легла на стол военкому. – А через несколько дней пришли повестки, - продолжает свой рассказ Н.И. Десятова, - явиться на сборный пункт….Видать, пожалели молоденьких девушек в военкомате. Те мечтали попасть под Сталинград, Курск, в Прибалтику, но…- Мне выпал маршрут на Дальний Восток. Еду одна, без подруг, в теплушке. Под головой холщовый мешочек с сухарями, - вспоминает женщина, - а в голове: «где родился, там и пригодился», смех берет, да и только. Еду туда, откуда родом.Она долго мне еще рассказывала, как добиралась до места дислокации батальона, как приняли молоденького солдата на довольствие, как отстояла по стойке «смирно» свое первое боевое дежурство. О том, как неспокойно было на русско-японской границе, и самолеты неприятеля неоднократно нарушали воздушное пространство…- - А как попали в Зауралье? – спрашиваю старушку.- По любви, - смеется она. – Служили вместе в Камне – Рыболове. На танцы в гарнизонный клуб бегали в свободное от дежурства время. Меня демобилизовали 3 сентября 1945 года. А он остался. Приехала к маме в Сталинабад, устроилась секретарем – машинисткой в военкомат. А письма с Дальнего Востока все шли и шли. В последнем Николай Десятов сообщал, что вернулся домой в Зауралье. - Где это такое? – размышляла девушка, которой в сердце запал добрый паренек с оканьем в говоре. – Просил, чтобы приезжала к нему, - смеется женщина. – Ну я, не долго думая, по отцовской привычке легкая на ногу, купила билет до Кургана и с вокзала телеграмму дала, чтобы встречал. Но на перроне – пусто! Доехала до Мокроусовой и пешком пошла до пункта назначения. Так в сорок шестом году в Травнинском сельсовете появилась в журнале запись еще одного жителя… А телеграмма пришла намного позже приезда Нади в населенный пункт .С тех пор много воды утекло. Работал Десятов в совхозной конторе бухгалтером, слыл человеком умным и вежливым. На день Победы надевал парадный костюм с медалями. У Надежды Ильиничны тоже были «За победу над Японией» и «За победу над Германией». Но она скромно хранила их в холщовой тряпочке в стареньком комоде. - А тут, когда уже за 80 стукнуло, - рассказывает мне она, - с зятем в районный центр как-то приехали. Я ему предложила: «Давай, Коля, зайдем в военкомат». После запроса, отправленного в Подольск, поступило сообщение, что «… Трутько Надежда Ильинична проходила службу в 37 отдельном батальоне ВНОС в период с 1 декабря 1943 по 26 сентября 1945 года в воинском звании «ефрейтор», который входил в состав действующей армии».Удостоверение ветерана в красном новеньком переплете, отдающем глянцем, она также бережно хранит в стареньком комоде, как и медали.- Жизнь на исходе, - вздыхая, говорит мне на прощание, - а вот, поди ты, старая, пополнила ветеранские ряды, - и засмеялась, будто солнышко в окошко заглянуло, - ослепила своим светом маленькую кухоньку. И я поняла, что действительно, солдатами не рождаются…
